Слушать SDLW - Заряжаю.mp3

Ты опять пришёл с повинной головой,
С той же старой песней: «Я теперь другой».
Пять лет слушала, кивала, молча головой.
Ах, какая же я сука — была слепой.
Ну и хватит, хватит ныть и объяснять.
Ну и хватит.
Пора кончить эту блядь, я заряжаю.
Я стреляю в тебя, я убиваю в тебе всё, что помнит меня.
Пять лет на помойку — хватит, пиздец.
Это пуля нашей сказки — конец.

Ты звонишь мне в час ночи, снова пьяный говоришь,
Что в голове сплошной туман.
Ах ты бедный, ах ты несчастный.
Шёл бы ты со своим туманом к маме домой.
Я не мама, не сиделка, не жилетка твоя,
Я красотка, для которой ты ну просто хуйня.
Ну и хватит, хватит ныть и объяснять.
Ну и хватит.
Пора кончить эту блядь, я заряжаю.
Я стреляю в тебя, я убиваю в тебе всё, что помнит меня.
Пять лет на помойку — хватит, пиздец.
Это пуля нашей сказки — конец.

(Знаешь, я долго думала…
Может, я виновата?
Нет.
Это просто ты мудак.
И всё.)

Я заряжаю, я стреляю в тебя,
Я убиваю в тебе всё, что помнит меня.
Пять лет на помойку — хватит, пиздец.
Это пуля нашей сказки — конец.

Насмерть.
Насмерть.

Человек снова пришёл с повинной и старой песней «я теперь другой». Говорящая пять лет слушала, кивала и молчала, называет себя слепой сукой. Хватит ныть и объяснять. Она заряжает и стреляет, убивая в нём всё, что помнит её. Пять лет отправляются на помойку — это пуля, конец их сказке. Он звонит пьяным в час ночи, жалуется на туман в голове. Она посылает его с туманом к маме, отказываясь быть мамой, сиделкой или жилеткой. Она красотка, для которой он просто ничто. В разговорной вставке она размышляет, может, она виновата, но приходит к выводу: нет, он просто мудак. Финальный припев повторяет выстрел и конец сказки. Аутро: «Насмерть».