Слушать Garik Garik - Вечный январь.mp3

Этого занесло, и хлопнула дверь.
Я думал: вывезу, да что я теперь?
Здесь время не часы, здесь вечный январь,
И каждый новый день как старый удар.
По стенам тянет сырость, сердцу — боль,
И каждый тут играет навязанную роль.
Кто был на воле, тот остался в снах,
А здесь живёт другой с усталостью в глазах.
Тут быстро понимаешь, кто ты на самом деле.

Здесь свой устав, брат, и своя судьба.
Здесь за слова платят иногда сполна.
Здесь не про правду, здесь про то, кто ты есть.
И если сдался раз — уже не встать нигде.
Зона не лечит, она ставит клеймо.
Кто был никем, тот тут станет дерьмом.
Но если дух не сдал и держишь внутри свободу —
Её не закроют никакие замки.

Ночами разговоры тихо, сквозь дым:
Кто сколько потерял и кем был другим.
Один за мать молчит, другой за детей,
А третий просто стал холодней и злей.
Здесь дружба на весах — не верь до конца.
Сегодня с тобой брат, а завтра — овца.
И каждый тут решает, кем выйдет потом:
Останется ли человеком или станет дном.
Тут цена одна — за слабость и за ложь.

Здесь свой устав, брат, и своя судьба.
Здесь за слова платят иногда сполна.
Здесь не про правду, здесь про то, кто ты есть.
И если сдался раз — уже не встать нигде.
Зона не лечит, она ставит клеймо.
Кто был никем, тот тут станет дерьмом.
Но если дух не сдал и держишь внутри свободу —
Её не закроют никакие замки.

За окном ведь тоже жизнь идёт:
Кто-то смеётся, кто-то любит, ждёт.
И только здесь считаешь каждый вздох,
И молишься, чтоб не сломал этот срок.
Письмо пришло из дома — строки как ножи:
«Держись там, родной», — звёзды между строчек дрожат.
Года уходят тихо, как дым в потолок,
И жизнь проходит мимо за сроком срок.

Но я запомнил главное: не сдохнуть внутри,
Не стать тем, кто забыл, кем был до тюрьмы.
Если выйду, дай Бог, не сломленным стать,
Чтоб снова научиться просто жить и дышать.

Здесь свой устав, брат, и своя судьба.
Здесь за слова платят иногда сполна.
Здесь не про правду, здесь про то, кто ты есть.
И если сдался раз — уже не встать нигде.
Зона не лечит, она ставит клеймо.
Но даже там можно остаться собой.
Если дух не сдал и держишь внутри свободу —
Её не закроют никакие замки.

Человек попадает в место, где время остановилось на вечном январе, каждый новый день бьёт как старый. Сырость на стенах и боль в сердце, все играют чужие роли. Свобода остаётся только в снах, а реальность — с усталостью в глазах. Здесь быстро понимаешь, кто ты на самом деле. Устав и судьба свои, за слова платят сполна, правда не важна — важно, кто ты есть. Если сдался однажды — уже не встать. Зона не лечит, она клеймит. Кто был никем, станет дерьмом. Но если дух не сломлен и внутри держишь свободу, никакие замки её не закроют. Ночные разговоры сквозь дым о потерях и прошлом. Дружба ненадёжна — сегодня брат, завтра овца. Каждый решает, кем выйти: остаться человеком или стать дном. Цена одна за слабость и ложь. За окном идёт жизнь — кто-то смеётся, любит, ждёт. А здесь каждый вздох на счету, молитва, чтобы срок не сломал. Письмо из дома режет как ножи, звёзды дрожат между строк. Годы уходят, жизнь проходит мимо. Главное — не сдохнуть внутри, не забыть, кем был до тюрьмы. Дай Бог выйти не сломленным и снова научиться просто жить и дышать. Даже в зоне можно остаться собой, если дух не сдал и свобода внутри. Её не закроют никакие замки.