Слушать BUZOK - Беги.mp3

Прости нарушенный покой,
Мой дерзкий взгляд прости.
Ты словно ангел неземной,
Я — демон во плоти.

Ты лёгкой тенью как перо
Паришь в красивом сне.
А я всё ставлю на нолик
В проигранной войне.

В глазах твоих я странный тип,
Поверженный искрой.
Ты — розовая, циничный шип,
Союз мечты и свиньи.

Дотла сгорая, я смогу
Одной тобой дышать.
Быть тенью следом на снегу
И наглостью смущать.

Однажды, затуманясь слез,
Оставшись за чертой,
Ты вспомнишь серенаду грёз
С оборванной струной.

В глазах твоих я странный тип,
Поверженный искрой.
Ты — розовая, циничный шип,
Союз мечты и свиньи.

Не обернувшись, просто верь:
Беги от света в ночь.
Беги — они захлопнут дверь,
Беги от боли прочь.

И в этом нет ничьей вины.
Живи, как хочешь жить.
Двух крайностей одной цены
Мы не смогли сложить.

В глазах твоих я странный тип,
Поверженный искрой.
Ты — розовая, циничный шип,
Союз мечты и свиньи.

Иногда я думаю, что ничего этого не было —
Ни розы, ни шипов, ни этих слов.
Просто два взгляда, которые слишком долго смотрели друг в друга,
Пока не стали болью.

Ты уходишь, не оборачиваясь,
Я остаюсь, не удерживая.
И, может быть, так и должно быть,
Чтобы мечта не выдержала вины.

И тишина наконец стала честной.

Извинение за нарушенный покой и дерзкий взгляд. Рассказчик называет себя демоном во плоти, а другого — неземным ангелом. Тот парит в красивом сне, а он всё ставит на нолик в проигранной войне. В его глазах рассказчик — странный тип, поверженный искрой. Другой — розовый, циничный шип, «союз мечты и свиньи». Сгорая дотла, он может дышать только им, быть тенью на снегу и смущать наглостью. Однажды, оставшись за чертой, другой вспомнит серенаду грёз с оборванной струной. Призыв бежать от света в ночь, пока не захлопнули дверь, бежать от боли. Ничьей вины нет, живи как хочешь — две крайности не смогли сложиться. В конце размышление: может, ничего не было — ни роз, ни шипов, ни слов. Просто два взгляда, смотревшие друг в друга, пока не стали болью. Один уходит не оборачиваясь, другой остаётся не удерживая. Может, так и должно быть, чтобы мечта не выдержала вины. Тишина стала честной.