Слушать Virex Remix - Дед, ты моя сила.mp3

Во дворе, где горы держат небеса,
Ты сидел спокойно, будто бы скала.
Седина как время, взгляд как высота.
Я тогда не понял, кем ты был для меня.

Ты почти не говорил — в этом был весь смысл.
Каждый твой совет во мне навек прописан:
«Береги фамильный герб, не роняй лицо».
И с тех пор я держу это как закон.

Иногда с улыбкой, будто невзначай,
Ты давал мне на дорогу молча души.
Не про деньги было — про твоё плечо,
Про опору рядом, когда тяжело внутри.

Где?
Ты — сила моя, ты — мой закон!
Ты научил стоять, когда весь мир против.
Ты показал, что честь дороже слов
И что за род свой идти до конца готов.

Где?
Я несу через годы твой свет.
В каждом решении слышу твой совет.
Если во мне есть стержень и ответ —
Это не я… Это ты, дед!

На Кавказе слово — это как клинок.
Если дал — держи, не отступай ни шаг.
Ты учил меня негромко, но всерьёз,
Как идти по жизни, не склоняя голов.

Помню вечера, чай, виноград, тишину,
Как ты взглядом мог сказать всю глубину,
Как без лишних слов давал понять,
Кем я должен стать и кем мне стать нельзя.

Ты был строг снаружи, как скала в горах,
Но внутри тепло, что не видно в словах.
И когда весь мир вставал против меня,
Ты стоял за спиной, не прося ни дня.

Где?
Ты — сила моя, ты — мой закон!
Ты научил стоять, когда весь мир против.
Ты показал, что честь дороже слов
И что за род свой идти до конца готов.

Где?
Я несу через годы твой свет.
В каждом решении слышу твой совет.
Если во мне есть стержень и ответ —
Это не я… Это ты, дед!

Теперь во дворе непривычная тишина,
И уже не слышен родного голоса.
Я бы всё отдал, чтоб на один миг
Снова рядом с тобой просто постоять.

Чтобы снова услышать: «Держись до конца!»,
Чтобы снова почувствовать силу плеча.
Но я знаю: ты не ушёл — ты внутри,
В каждом шаге моём, в моей крови.

Дед, если спросят, кто сделал меня,
Я не назову ни судьбу, ни себя.
Я скажу без лишних громких речей:
«Это мой дед!» — и его честь во мне.

Воспоминание о наставнике, который сидел во дворе, где горы держат небеса, спокойный как скала. Его седина и взгляд говорили о времени и высоте. Внук тогда не понимал его значения. Тот почти не говорил, но каждый его совет навек прописан: беречь фамильный герб, не ронять лицо — с тех пор это закон. Иногда с улыбкой он давал на дорогу «молча души» — не про деньги, а про плечо и опору. Вопрос «Где?» сменяется утверждением: этот человек — сила и закон, научил стоять, когда весь мир против, показал, что честь дороже слов и что за род нужно идти до конца. Внук несёт через годы его свет, в каждом решении слышит его совет. Если в нём есть стержень и ответ — это не он сам, а тот, кто воспитал. На Кавказе слово как клинок: если дал — держи, не отступай. Наставник учил негромко, но всерьёз, как идти по жизни, не склоняя голову. Вечера с чаем, виноградом, тишиной; его взглядом можно было прочесть глубину, без слов он давал понять, кем стать и кем нельзя. Снаружи строг как скала, но внутри тепло. Когда мир вставал против, он стоял за спиной, не прося ничего. Теперь во дворе непривычная тишина, родного голоса не слышно. Внук отдал бы всё, чтобы просто постоять рядом, услышать «держись до конца» и почувствовать силу плеча. Но тот не ушёл — он внутри, в каждом шаге и крови. Если спросят, кто сделал внука, он не назовёт судьбу или себя, а скажет: «Это мой родной наставник!» — и его честь во мне.