Слушать Garik Garik - Закон — только повод для торга.mp3

Эй-ээй!
Здесь не ищут ни правых, ни виноватых.
Здесь система молотит людей в порошок.
Им нужны только палки в отчётах пузатых,
А твоя жизнь для них — как дешёвый мешок.
Следак в кабинете зевает, рисуя протокол,
Где ты — дьявол и враг.
Он за звёздочку новую душу чужую продаёт
За казённый вонючий пятак.

Не ищите правды в пыльных томах,
Где закон — только повод для торга.
Эта правда давно на тюремных шконках
Умерла от казённого морга.
Наша правда — в сердцах, что стучат вопреки,
В тех, кто смотрит в глаза и не гнётся.
Их правда — лишь грязь на носках сапог,
Её мажут и трут, как дерьмо у дорог.

А на зоне хозяин — не Бог, а кум местный.
У него на любого найдётся крючок.
Замолчишь — попадёшь в пресс-хату, известно.
Скажешь слово — получишь дополнительный срок.
Справедливость — пустое, избитое слово.
Здесь решает лишь власть и зелёный лаваш.
И сидят пацаны по статьям бестолковым,
Загоняя под кожу глухой абордаж.

Не ищите правды в пыльных томах,
Где закон — только повод для торга.
Эта правда давно на тюремных шконках
Умерла от казённого морга.
Наша правда — в сердцах, что стучат вопреки,
В тех, кто смотрит в глаза и не гнётся.
Их правда — лишь грязь на носках сапог,
Её мажут и трут, как дерьмо у дорог.

Годы катятся глухо по рельсам этапа,
Оставляя на сердце холодный рубец.
Кто-то вышел сломленным, а кто-то упрямо
Сохранил себе стержень как главный венец.
И когда ты на воле вдохнёшь полной грудью,
Помни тех, кто остался внутри.
Там не верят словам, там проверят по сути —
Кто ты есть и что носишь внутри.

Не ищите правды в пыльных томах —
Её нет ни в судах, ни в протоколах.
Она там, где не предал и выстоял сам,
Несмотря на замки и уколы.
Наша правда — не строчка, не печать, не статья,
А внутри, где ломаться непросто.
И когда-нибудь время расставит всё так,
Что их сила окажется пылью и воздухом.

О несправедливости системы, которая перемалывает людей в порошок. Следователи рисуют протоколы, где человек становится дьяволом и врагом, продавая чужие души за казённый пятак. Призыв не искать правду в пыльных томах и законах, которые служат лишь поводом для торга. Настоящая правда умерла на тюремных нарах. Она живёт в сердцах тех, кто не сдаётся и не гнётся, а ложь системы — грязь на сапогах. В тюрьме хозяин не Бог, а местный «кум», у которого на всех есть крючок. За молчание — пресс-хата, за слово — дополнительный срок. Справедливость пуста, правят власть и деньги («зелёный лаваш»). Пацаны сидят по бестолковым статьям. Годы этапа оставляют холодный рубец на сердце. Кто-то выходит сломленным, кто-то сохраняет стержень. На воле нужно помнить тех, кто остался внутри. Там проверяют по сути, кто ты есть. Правды нет в судах и протоколах — она там, где человек не предал и выстоял сам, несмотря на замки и уколы. Она внутри, где трудно сломаться. Время расставит всё так, что сила системы окажется пылью и воздухом.