Слушать Кайфовня - 30 лет спустя.mp3

Бетонный лес сменил туман над Севаном.
Я стал чужим среди родных базаров и храмов.
Паспорт другой, но акцент не стереть —
30 лет — это больше, чем просто взрослеть.

Здесь каждый камень Араратом пропах.
Я словно призрак в этих узких дворах.
Глазами деда смотрю на свой город,
Но сам себе чужой — и от этого холод.

Аккордеон плачет, как мама в ту ночь.
Я пытался сбежать, но не смог превозмочь
Эту тягу земли, этот запах лаваша —
Возвращение блудного — вот моя чаша.

Мечтал и боялся, считал этажи.
Я так долго бежал, что забыл, зачем жил.
Страх отпустил, когда вдохнул этот воздух.
30 зим я не на месте — поздно, но не поздно.

Երեսուն տարի ես չեմ եկել,
Քեզ մոռացել եմ, բայց չեմ մոռացել Երևանը:
Ցավդ տանեմ, ների՛ր, Հայաստան,
Դուն եմ վերադարձել, ակորդեոնի լացով:
Սերտիս մեջ մի գիտե՛ս,
Որ քեզ պակասում եմ,
Որ երբեք կուզեի քո կողքին լինեի:

(30 лет я не приезжал,
Тебя забыл, но не забыл Ереван.
Возьми мою боль, прости, Армения,
Я вернулся со слезами аккордеона.
Моё сердце знает,
Что ты скучаешь по мне,
Что я всегда хотел быть рядом с тобой.)

Они встречают меня, но не узнают в лицо.
Разбитые окна, знакомое крыльцо.
Соседский абрикос уже не так сладок.
В подъезде — запах кофе и старых закладок.

Брат стал седым, сестра — взрослой совсем,
А я всё помню тот двор и старый бассейн.
Меня учили бежать, чтоб не сгинуть в системе,
Но тянет обратно как магнитом по венам.

Я сел на скамейку, где дед мой сидел.
Впервые за годы я не у дел.
Сколько потеряно лиц, сколько снов под откос?
Здесь каждый ответ — это рифма и спрос.

Меня хватит? Я дома, пускай мир подождёт.
Аккордеон, как и 30 лет назад, поёт.
Внутри меня — музыка древних камней.
Я не был 30 зим, но стал только сильней.

Երեսուն տարի ես չեմ եկել,
Քեզ մոռացել եմ, բայց չեմ մոռացել Երևանը:
Ցավդ տանեմ, ների՛ր, Հայաստան,
Դուն եմ վերադարձել, ակորդեոնի լացով:
Սերտիս մեջ մի գիտե՛ս,
Որ քեզ պակասում եմ,
Որ երբեք կուզեի քո կողքին լինեի:

30 семь…
Три долгих года под Одессой…
Я резал себя на куски,
Чтоб не лезть в петлю.
Но этот город в крови — он ждал, я знаю.
Мама, я снова слышу,
Как ты поёшь на кухне.

Համենգ իշխեց, աստված, այս հոգի
Որ ջանը չգիտես, թալիսման ես:
Երեսուն տարի ես չեմ եկել,
Քեզ մոռացել եմ, բայց չեմ մոռացել Երևանը:
Ցավդ տանեմ, ների՛ր, Հայաստան,
Դուն եմ վերադարձել, ակորդեոնի լացով:
Սերտիս մեջ մի գիտե՛ս,
Որ քեզ պակասում եմ,
Որ երբեք կուզեի քո կողքին լինեի:

Շնորհակալություն:
Շնորհակալություն:

(Спасибо.
Спасибо.)

Песня-возвращение на родину после 30 лет отсутствия. Бетонный лес сменил туман над Севаном, он стал чужим среди родных базаров и храмов. Паспорт другой, но акцент не стереть. Каждый камень пропах Араратом, он как призрак в узких дворах. Глазами деда смотрит на свой город, но сам себе чужой. Аккордеон плачет, как мама в ту ночь. Тяга земли не преодолима, возвращение — его чаша. Он так долго бежал, что забыл зачем жил, но страх отпустил, когда вдохнул воздух. Армянская вставка: 30 лет не приезжал, забыл, но не забыл Ереван. Просит прощения, вернулся со слезами аккордеона, сердце знает, что всегда хотел быть рядом. Встречают, но не узнают. Брат седой, сестра взрослая. Учили бежать, чтобы не сгинуть, но тянет обратно как магнитом. Сидит на скамейке деда, впервые за годы не у дел. Музыка древних камней внутри, он не был 30 зим, но стал сильнее. Повтор армянской вставки. Бридж: 30 семь, три года под Одессой, резал себя на куски, чтобы не лезть в петлю. Город ждал. Мама, слышит, как она поёт на кухне. Финальная армянская вставка со словами благодарности. Завершение: «Спасибо».