Слушать Люся Чеботина, Alex Lim, Игорь Крутой - Последний звонок.mp3

Мой привет тебе издалека —  
Как мы счастливы с тобой.  
На фотке я в твоей рубашке у окна  
С нашего последнего звонка.  

Идеальная драма, миллион совпадений, ноль погрешности.  
Я когда-то по глупости принял столько неверных решений.  
Кто-то был пострашнее, но я для тебя — прочитанный томик.  
Это был Булгаков, мастер книг, бредит — ну стоило.  

Ты хотела объясниться, почему не пришёл на праздник.  
До сих пор мне снится тот букет, что не мне подарен.  
Не нашёл слова, умолял дать второй шанс.  
Знаешь, первая любовь бывает лишь раз.  

Мой привет тебе издалека —  
Как мы счастливы с тобой.  
На фотке я в твоей рубашке у окна  
С нашего последнего звонка.  

Мой привет тебе издалека —  
Как мы счастливы с тобой.  
На фотке я в твоей рубашке у окна  
С нашего последнего звонка.  

На холодных улицах вижу тебя, как будто вновь.  
Опять ты хмуришься — самая первая любовь.  
На фотке ямочки, ты помнишь всё, ты не забыл.  
Стоишь у меня в рамочке — вот бы четверо нас там был.  

Где мы сейчас, Патрики — будто бы здесь никогда не жил.  
Были бы мы на «Титанике» — я Ди Каприо бы для себя оживил.  
Тогда не сложил куплет, но сегодня смог подобрать слова.  
Уже поздно, спеши к рассвету, обними меня.  

Мой привет тебе издалека —  
Как мы счастливы с тобой.  
На фотке я в твоей рубашке у окна  
С нашего последнего звонка.  

Мой привет тебе издалека —  
Как мы счастливы с тобой.  
На фотке я в твоей рубашке у окна  
С нашего последнего звонка.  

Ты сейчас наверняка одна.  
Если вдруг забыла, я напомню,  
Что хочу вернуть всё как тогда —  
С нашего последнего звонка.  

Привет издалека сопровождается воспоминанием о счастье и фотографии в чужой рубашке у окна, сделанной после последнего звонка. Идеальная драма с миллионом совпадений и нулевой погрешностью сочетается с сожалением о глупых неверных решениях. Автор называет себя прочитанным томиком для другого, проводит параллель с Булгаковым и признаётся, что до сих пор снится букет, подаренный не ему. Просьба о втором шансе и констатация, что первая любовь бывает лишь раз, подчёркивают уникальность произошедшего. На холодных улицах он видит свою первую любовь, помнит ямочки на фотографии и мечтает, чтобы их было четверо. Место действия — Патрики, и он чувствует себя так, будто никогда там не жил. Сравнение с Титаником вызывает желание оживить Ди Каприо для себя. Только сейчас он подобрал слова, но уже поздно, и он просит обнять его на рассвете. В финале звучит напоминание о том, что она, вероятно, одна, и автор хочет вернуть всё как тогда, с последнего звонка.