Слушать VICTORIA - Фантазёр — ты с улыбкой сказала!.mp3

Стынет пепел в ночном камине,  
Скрипка плачет у старых ворот.  
Я искал тебя в каждом имени,  
Только сердце всё мимо бредёт.  

Я дарил тебе звёзды и ветер,  
Обещал невозможный рассвет.  
Но ты мне однажды ответила:  
«Для любви твоей места нет».  

Фантазёр!  
Ты с улыбкой сказала: «Фантазёр!» —  
И рукой помахала…  

Ты ушла в золотые закаты,  
Ну а я всё люблю, как когда-то.  

Фантазёр!  
Снова скрипка рыдает.  
Фантазёр!  
А душа пропадает.  

Ты с другим — только сердце не скроешь,  
Иногда обо мне всё же вспомнишь.  

Ночь цыганская кружит тревожно,  
Гаснут свечи и тает вино.  
Без тебя оказалось возможно жить,  
Но только уже не светло.  

Я смеюсь, только боль не стихает,  
И гитара плачет до утра.  
Потому что любовь не бывает  
Без огня, безумья, зла.  

Фантазёр!  
Ты с улыбкой сказала: «Фантазёр!» —  
И рукой помахала…  

Ты ушла в золотые закаты,  
Ну а я всё люблю, как когда-то.  

Фантазёр!  
Снова скрипка рыдает.  
Фантазёр!  
А душа пропадает.  

Ты с другим — только сердце не скроешь,  
Иногда обо мне всё же вспомнишь.  

Фантазёр!  
Ты с улыбкой сказала: «Фантазёр!» —  
И рукой помахала…  

Ты ушла в золотые закаты,  
Ну а я всё люблю, как когда-то.  

Фантазёр!  
Снова скрипка рыдает.  
Фантазёр!  
А душа пропадает.  

Ты с другим — только сердце не скроешь,  
Иногда обо мне всё же вспомнишь.  

Пепел стынет в камине, скрипка плачет. Поиски в каждом имени не находят отклика, сердце бредёт мимо. Звёзды и ветер, обещанный невозможный рассвет — ответ один: «Для любви твоей места нет». «Фантазёр» — с улыбкой и помахиванием рукой. Уход в золотые закаты, а любовь осталась прежней. Скрипка рыдает, душа пропадает. Другой есть, но сердце не скроет, иногда вспомнят. Цыганская ночь, гаснущие свечи, тающее вино. Без него жить возможно, но уже не светло. Смех не скрывает боль, гитара плачет до утра. Любовь не бывает без огня, безумья и зла. Рефрен с «фантазёр», улыбкой, помахиванием, уходом в закаты и неизменной любовью, скрипкой, пропадающей душой и обещанием иногда вспоминать повторяется, закрепляя главные образы.