Слушать Thomas Mraz - Тетрис.mp3

Дороги-дороги, все оббили пороги.
Всё идут года и идут мои ноги.
Я не вижу много, чего видят боги,
Но я отыскал иглу в этом стоге.
Вдруг вспомнил, как в детстве меня обнимает отец,
Снимала мама, как театр лиц.
Наконец-то на своём месте,
Мне бы развернуть паруса и найти дорогу назад.

Ностальгия щиплет глаза,
И мужчины слёз не тая льёт по тебе, мама, детство.
Моя юность, моё детство,
Моя юность, моё детство,
Моя юность, моё детство,
Моя юность...

Тут же намокают глаза,
Я ударял по тормозам.
Да, я понимаю всё сам,
Время не вернётся назад.
Помню папин старый посад,
И на небе звёздный каскад.
Из подъездов под облака солнце по козырькам.
Вспомнил, как в детстве меня обнимает отец,
Снимала мама, как театр лиц.
Наконец-то на своём месте,
Мне бы развернуть паруса и найти дорогу назад.

Ностальгия щиплет глаза,
И твой мальчик слёз не тая.
Мне бы развернуть паруса и найти дорогу назад.
Ностальгия щиплет глаза,
И мужчины слёз не тая льёт по тебе, мама, детство.
Моя юность, моё детство,
Моя юность, моё детство,
Моя юность, моё детство,
Моя юность...

Годы стирают пороги, а ноги всё идут, но удаётся отыскать иглу в стоге. Неожиданно всплывают тёплые кадры: отцовские объятия и мамина съёмка каждого лица. Наконец наступило ощущение своего места, но единственное желание — развернуть паруса назад. Ностальгия жжёт глаза, и взрослый мужчина не прячет слёз, обращаясь к матери и ушедшему детству. Понимание, что время не повернуть, не спасает от мокрых глаз и памяти о звёздном каскаде. Хочется снова оказаться в том дворе, где солнце било по козырькам, а отец был рядом.