Слушать Idris, Leos - Темница.mp3

И снова сижу в поздний час я
В темнице своей без решёток.
Я искал в этой женщине счастье,
Но лишь гибель свою в ней нашёл.
И назло будто разум мой часто
Вспоминает всё, что с ней прошёл.
Я искал в этой женщине счастье,
Но лишь гибель свою в ней нашёл.

Вот стою я перед дилеммой,
Решить пытаюсь, рассуждая над извечной темой:
То ли дар, то ли проклятье — ваша любовь.
И жара не унять — я спорить с любым готов.
И как по мне — лишь труд и стыд напрасный.
Да, признаюсь, у ваших ног был, но был несчастен.
Хоть казалось мне обратное, любовь — дурман,
Ведь известно, она усмиряла и не таких хулиганов.
Мне не к лицу, не по летам писать такое.
Вы уж простите мне мой тон, у меня нет другого.
Ненавистно мне, что я по вам скучаю снова.
Ругаю сам себя, глядя на ваше фото с альбома.

И снова сижу в поздний час я
В темнице своей без решёток.
Я искал в этой женщине счастье,
Но лишь гибель свою в ней нашёл.
И назло будто разум мой часто
Вспоминает всё, что с ней прошёл.
Я искал в этой женщине счастье,
Но лишь гибель свою в ней нашёл.

Пока сидел и рассуждал я тут о вечном,
Вспыхнув в последний раз, догорели на кухне свечи.
И тьма, упав как монолитный груз на плечи,
Со мной, как лучший друг, разделит этот грустный вечер.

Адреналин после каждой безумной встречи,
В глазах искры, и беседы о важном, что души лечат,
Что друг за друга держаться нам нужно крепче,
Но столкнувшись с реальностью, мы дважды всё в ту же реку вошли.

И как итог — в сырой темнице я
Коротаю дни, порой лишь образ твой мне снится.
Переехал к себе в область, ты — в столицу,
Полагая наивно, что смогу полностью забыть тебя.

И снова сижу в поздний час я
В темнице своей без решёток.
Я искал в этой женщине счастье,
Но лишь гибель свою в ней нашёл.
И назло будто разум мой часто
Вспоминает всё, что с ней прошёл.
Я искал в этой женщине счастье,
Но лишь гибель свою в ней нашёл.

Позднее сидение в добровольной темнице без решёток, где поиски счастья в женщине обернулись лишь находкой собственной гибели. Разум назло часто возвращает к пройденному. Дилемма о том, дар или проклятие её любовь, и готовность спорить с любым о неуёмной жаре внутри. Признание, что у её ног был, но остался несчастен, хотя любовь-дурман усмиряла и не таких хулиганов. Стыд за написанное и ненависть к собственной тоске, подкреплённые руганью на себя перед фото из альбома. На кухне догорают свечи, тьма ложится на плечи грузом, обещая разделить грустный вечер. Адреналин безумных встреч и душевные беседы разбиваются о реальность: дважды в одну реку не войти, но они вошли. В итоге — сырая темница, где снятся образы, а переезд в область (она в столице) не помог забыть. Финал зациклен на том же поиске счастья, обернувшемся гибелью.