Слушать Сергей Александровский - Доктор моего тела.mp3

Доктор с дежурной улыбкой сказал: «Будем жить,
Долго иль коротко», даже не уточнил
«Хватит болеть ерундой», — он сказал: «Держись!
Ты же здоров, ну быть может, слегка простыл»

Сердце послушав, и тут же нахмурился
Так и не сказав, стучит или не стучит
Что-то под нос пробурчал и зажмурился
«Что тут поделаешь... Будем тебя лечить»

Доктор!
Вылечи мою душу,
Ту, что так терзает и душит,
Ту, что не даёт мне покоя.
Доктор, расскажи, что со мною.
Доктор!
Моего тела грусть мне обведи мелом.
В сердце мне добавь чувства.
Как-то стало там пусто.

«Бойся», — сказал, — «серых комнат и сквозняков,
Больше гуляй на солнце среди людей»
Долго смотрел мне в душу сквозь стёкла очков,
Грозно сверкал глазами из-под бровей

«Бойся дождей, что стекают под ворот тоской,
И обходи стороной, избегай февралей.
Случай, конечно, запутанный, не простой.
Нужно ещё, — сказал он, — быть чуть добрей»

Доктор!
Вылечи мою душу,
Ту, что так терзает и душит,
Ту, что не даёт мне покоя.
Доктор, расскажи, что со мною.
Доктор!
Моего тела грусть мне обведи мелом.
В сердце мне добавь чувства.
Как-то стало там пусто.

Выписал мне на лекарство рецепт:
«Три раза в день, внутримышечно, или в кровь»
Только в аптеках его, к сожалению, нет.
Я, разобрав его почерк, прочёл:
Любовь.

Врач диагностирует невидимую болезнь, скрытую за внешним здоровьем. Настоящее лекарство не продаётся в аптеках, а хранится в разобранном почерке на рецепте. Совет избегать тоски и искать тепло среди людей сталкивается с невозможностью купить прописанное средство. Диагноз звучит как приговор, но одновременно и как единственное спасение. Терапия оказывается бессильной там, где требуется перемена отношения к себе и миру.