Слушать Буза - Гниль.mp3

Не те
Продажные —
Что телом торгуют
В грязи свою долю воруют
Живут как могут — и ладно
Им боль — как награда

А те — в костюмах
С лицами сытыми
Словами, как золотом, сшитыми
Лгущие гладко, скользко
Пьют из людей по глотку — до донышка

Сидят над судьбами
Щёлкают пальцами
Жизни чужие считают финансами
Душат возможность
Режут на части —
И учат ещё про «счастье»

Вот где гниль — не на улицах, нет
А в кабинетах, где гасят свет
Где решают — кому дышать
А кому в тишине исчезать

Вот где яд — не в словах простых
А в улыбках слишком чистых и злых
Где за правду платишь собой —
А если молчишь — значит «живой»

Им — трибуны, экраны, залы
Им — аплодисменты и капиталы
А снизу — люди как цифры в отчётах
Сгорают тихо в своих расчётах

Они улыбнутся — и рынок дрогнет
Они подпишут — и город сдохнет
И ни одной морщины на лбу —
Всё «по закону», всё «по уму»

А правда стоит у двери
Раздетая, босая
Ей холодно
Верят ей только те
У кого уже ничего нет

Вот где гниль — не на улицах, нет
А в кабинетах, где гасят свет
Где решают — кому дышать
А кому в тишине исчезать

И если кричать — то хрипом до крови
Чтоб каждое слово било как ломом
Чтоб рвалось внутри как натянутый трос —
Пока не услышат, что всё серьёзно

Пока не поймут: не в теле грязь
А в тех, кто над всеми власть держит
Пряча гниль под пиджак —

И учит жить как им удобно
И только так

Открытое противостояние между теми, кто открыто торгует телом и грязью, и теми, кто скрывает свою сущность за дорогими костюмами и гладкими речами. Власть имущие играют судьбами, считая чужие жизни лишь цифрами и финансовыми показателями, при этом участвуя в уничтожении возможностей. Истинная гниль скрывается не в уличной грязи, а в кабинетах, где решаются вопросы жизни и смерти, а смерть наступает в тишине. Яд таится не в грубых словах, а в улыбках, за которыми скрывается злоба и лицемерие, где правда оплачивается ценой собственного существования. Те, кто наверху, получают всё — аплодисменты, капиталы, власть — в то время как внизу люди сгорают в собственных расчётах. Их решения обрушивают рынки и города, но внешне они остаются безупречными, прикрываясь законом и разумом. Правда, стоящая у порога в холоде и нищете, находит отклик лишь у тех, кто потерял всё. Крик о правде должен быть хриплым и кровавым, чтобы пробить броню, пока не станет ясно, что истинная грязь находится там, где власть скрывает свою суть под пиджаком.